Протоиерей Андрей Ткачев
Мы сидим под сенью ветвей могучего дерева и держим в ладони семечко. Мы — не биологи и не садоводы, и нам невдомек, что в нашей ладони семечко этого же дерева. Семя, ставшее деревом, шумит над нами своей листвой, и дерево, спрятавшееся в семечке, лежит у нас на ладони. Этот образ приходит ко мне, когда приближается Рождество.
Мы живем в мире, где на каждом шагу видны следы Бога, ставшего человеком. И это не обязательно свечи и купола, иконы, книги и колокола. К примеру, образ матери и ребенка. Картины с этим сюжетом наводняют галереи мира. Одни из них пропитаны идеей семейного счастья, другие изображают тревогу или подчеркивают хрупкость земной жизни. Некоторые полны умиления и нежности. Но все они родом оттуда — от иконографии Богородицы с Младенцем. А сами иконы — от Вифлеемского чуда, от первых прикосновений человеческих рук к Воплотившемуся Богу, к Богу, ставшему беззащитным.